без них не справиться. Лучше уж самому побольше сделать.
Однако дверь не желала открываться, пока Нламинеру не пришла в голову забавная мысль.
Если его догадка окажется верной, дверь вскоре перестанет служить препятствием.

Когда дверь рухнула и в туче каменной пыли появился Нламинер, сжимая в руке ярко пылавший «Покровитель», Токссар менее всего задумывался о том, что ему придется обороняться.
Нламинер не особенно оглядывался по сторонам. Чутье подсказывало, что главным противником оставался мрачного вида карлик, получеловек-полурептилия, что злобно смотрел на него исподлобья. Краем глаза он заметил многочисленные стеллажи, уставленные книгами, всевозможным магическим инвентарем, всякой всячиной. Что-то пошевелилось за стеллажами, но Нламинер не спускал глаз с Токссара, приближаясь к нему.
Когда их разделяло несколько шагов, из тьмы выступил улыбающийся Нлоруан, с таким же пламенеющим клинком, и заслонил ему дорогу. На шее своего двойника Нламинер заметил точную копию своего талисмана.
— Ты оказался сильнее, чем я думал, — сказал Токссар неожиданно спокойным голосом, и Нламинер заметил, что тот улыбается. — Что ты хочешь теперь? Я предлагал тебе союзничество — ты не смог победить меня и вряд ли теперь выживешь сам. Однако я все еще могу предложить тебе союз. Подумай над этим.
Нламинер опустил меч.
— Он говорил тебе то же самое? — обратился он к двойнику. Тот усмехнулся.
— У меня с моим союзником есть договоренность, — ответил Нлоруан, и его клыки влажно блеснули. — В каком-то смысле я, конечно, и твой должник — как-никак пользуюсь твоим телом…
— А также моей памятью, моими впечатлениями, — продолжил Нламинер. — Вот только кто из нас может называться Впервые Рожденным? Вряд ли ты, Нлоруан.
— Откуда ты знаешь мое имя? — резко спросил двойник, и улыбка слетела с его лица.
— Значит, тебя ввели в заблуждение, — продолжал Нламинер с довольным видом. — Он, небось, сказал тебе, что я изгнан, что никоим образом не могу помешать вам. Он солгал.
— Ты обвиняешь меня во лжи? — мягко, но с угрозой спросил Токссар.
— И я обвиняю, — откуда-то из-за стеллажей вышла Рисса и указала светящимся жезлом на Токссара. — Как ты думаешь, он знает что-нибудь о твоем секрете? — спросила она у помрачневшего Нлоруана.
— Ты?! — задохнулся от злобы Токссар, но тут же вновь изобразил на лице своем улыбку. — Не было никакой тайны.
«Пора», — подумал Нламинер и воззвал к Дайнеру. Цепочка на его шее засветилась, и двойник бросил на Нламинера короткий взгляд.
— Он знал, что тебе никогда не везло в конечном счете, — обратился он к своему двойнику.
«Он знал, что тебе никогда не везло в конечном счете», — повторило эхо, и Нлоруан поднял глаза к потолку, стараясь понять, кто говорит. Рисса тоже услышала эхо и улыбнулась Нламинеру. Он отсалютовал ей в ответ.
Он выглядит по-другому, поняла Рисса, глядя на Нламинера. Как-то больше… старше… умнее… Где он побывал? Сколько прошло времени?
Токссар, похоже, эха не услыхал.
— Я не знал ничего подобного, — возразил карлик насмешливо. — Я честно соблюдал нашу договоренность.
«Разумеется, я знал об этом, — отозвалось эхо, и глаза Нлоруана расширились. — Я намеревался избавиться от него при первой же возможности».
Нлоруан бросал взгляды попеременно то на Нламинера, то на Токссара. Последний, похоже, так и не слышал эха, что открыло его подлинные мысли.
— Я знаю, что привело тебя к невезению. — Рисса шагнула вперед. — Вспомни об алтаре и статуэтке. Тот, кто называет себя Токссаром, намеренно не стал говорить тебе об этом.
— Ложь! — взвился Токссар. — Я ничего не знал об этом! Уничтожь их, Нлоруан, пока они не успели заморочить тебе голову!
«Правда, — возразило эхо. — Зачем же мне было ему говорить? Я надеюсь, что вы успеете перебить друг друга, а я разберусь с уцелевшими».
Нлоруан повернулся к Токссару, и тот прочел в его глазах приговор. Нлоруан замахнулся мечом, бросаясь к нему, но карлик лениво шевельнул пальцем, и черный портал, разверзшийся перед двойником Нламинера, поглотил его.
— Ладно, — сказал Токссар равнодушно. — Хотите войны? Сейчас устроим. — Он вновь шевельнул пальцем, и многочисленные порталы начали открываться во всех стенах. Нежить, разнообразная и смертоносная, выступила из порталов и стала приближаться к Нламинеру и Риссе.
Нламинер воззвал к Элиору, и ослепительный свет затопил помещение. Рисса с изумлением смотрела, как корчатся и растворяются в воздухе неудавшиеся убийцы. Нламинер шагнул к Токссару, поднимая «Покровитель». Карлик отступал к столу, заваленному множеством разных предметов, и на лице его читалось недоумение.
— Ты хочешь поднять руку на неуязвимого? — спросил карлик с усмешкой, и в руке его появился черный дротик. — Сначала докажи, что справишься с этим.
Нламинер воззвал к Зартину, когда карлик метнул свое оружие, и снаряд осыпался перламутровой пылью, коснувшись его тела. Второй снаряд метнул карлик, и третий — всех их постигла та же участь. Едва ли с десяток шагов разделяло противников.
Рисса подняла руку и принялась читать какое-то заклинание, когда Токссар зарычал и махнул рукой в ее сторону. Огромная пасть поднялась прямо из-под Риссы и поглотила ее. Нламинер воззвал к Андринксу, Владыке Времени, и Рисса вернулась на прежнее место.
Теперь в глазах карлика появился страх. Он неуверенно отступал к стене, насылая на Нламинера разные напасти.
Огонь охватил всю комнату — но Монффу, Владычица Дождей, справилась с ним. Лед попытался сковать все живое — но бог Шанта, Повелитель Огня, уничтожил и лед. Нламинер замахнулся было мечом, как карлик, ускользнув из-под удара, метнулся к неприметному на вид стеллажу.
Нламинер воззвал к Эзоксу, и массивная книга, стоявшая на стеллаже, ярко засветилась. Бросив бесполезный меч, Нламинер кинулся к книге.
Рисса что-то продолжала читать им вслед, но следить было некогда.
И Нламинер, и Токссар достигли книги одновременно.
Никто из них не мог вырвать том из рук противника.
— Ты считаешь себя самым умным? — спросил Токссар со страшной улыбкой. — Книга слушается меня, о Впервые Рожденный Глупец. Сейчас ты в этом убедишься.
Книга легким движением стряхнула Нламинера, и тот неловко упал наземь. Карлик раскрыл книгу и торжествующе уставился на своего недруга.
— Итак, — провозгласил карлик. — Я, Токссар, обращаю этого недостойного…
«Отличное дополнение к твоей коллекции», — подумал Нламинер и, дотянувшись пальцем до края книги, воззвал к Палнору.
Книга испарилась из рук карлика.
Тяжкий гул сотряс комнату.
Темный портал открылся за спиной у Токссара. Тот упал со стоном на колени. Из портала вышел черный силуэт с горящими глазами.
Нламинер заметил, что Рисса упала наземь, закрыв лицо ладонями, и последовал ее примеру. Тишину разорвал пронзительный вопль.
С грохотом рушащегося здания портал захлопнулся.
Карлик лежал на спине, и Нламинер заметил, как сильно тот состарился. Теперь он выглядел не просто старым — древним. Карлик что-то прошептал, и Нламинер шагнул было к нему, но Рисса отстранила его и склонилась над умирающим.
Затем начертила над ним Знак Моста.
Вслед за этим карлик обратился в прах.
Рисса долго сидела перед грудой пыли, отдаленно напоминавшей очертаниями человеческую фигуру, и держала руки сцепленными в ритуальном знаке. Нламинер не осмеливался отвлекать ее.
— Что он сказал? — спросил он, когда Рисса повернула к нему посеревшее, измученное лицо.
Ответа он не получил.

Глава тринадцатая

— И тогда я мысленно нарисовал его имя на двери.
— И что же?
— Дверь рассыпалась, что же еще? Они сидели на камне у гавани и смотрели на уходящие корабли.
— Я должен был бы уплыть на нем, — сказал Нламинер ошарашено. — Клянусь, это тот самый корабль!
— Куда уплыть? — не поняла Рисса.
— На маяк. — Нламинер махнул рукой на север. — Видишь? — Он указал рукой на календарный камень. — Тот самый день, когда я должен был бы уехать туда. Мы что, вернулись назад во времени?
— Возможно. — Рисса вновь опустилась на камень. — Ноги совсем не держат. Мы отправим на остров тех, кому положено справляться с подобными вещами, и они вычистят всю заразу. Так что не стоит беспокоиться.
Они помолчали, наслаждаясь покоем и солнечным светом.
— Так ты говорить, что он предложил тебе написать твою биографию в обмен на перемещение в нужное место? — продолжала расспрашивать Рисса.
— Ну да, — кивнул Нламинер. — И я долго сидел там, сочиняя ее.
— Как долго?
Нламинер прикинул.
— Если мои записи верны, двадцать с небольшим лет.
— Лет?!
Нламинер кивнул с кривой усмешкой.
— Так что я очень устал и тоже не прочь отдохнуть. Теперь, когда все закончено… Кто-то кашлянул за их спинами.
— Опять он, — вздохнула Рисса. — Я вернусь, — пообещала она, с неприязнью посмотрела на Шаннара и отошла в сторонку.
— Ну что же, все закончилось, — сказал тот, лучезарно улыбаясь. — Все мы устали, и всем пора отдохнуть. Я, собственно, зашел передать, что боги просили тебя не забывать о долгах.
— Каких долгах?
— Ты же обращался к ним за помощью? Ну так вот, теперь тебе придется оказать каждому из них небольшую услугу.
Нламинер машинально схватился за цепочку. Та неожиданно легко расстегнулась и стекла ему в ладонь золотым ручейком.
— Оставь себе на память, — предложил Шаннар. — Трое просили тебе передать, что очень довольны и никаких других обязательств с тебя не возьмут.
Нламинер по привычке скосил глаза. С тенями все было в порядке. Шаннар проследил за его взглядом и рассмеялся.
— Очень мило с их стороны, — выговорил Нламинер, едва сдерживаясь. Шаннар подмигнул.
— Нечего ворчать, я тоже не бездействовал. Ну ладно, счастливого отдыха.
— Скажи мне одно, — спросил Нламинер его спину, когда Шаннар собрался было удалиться. — Кто ты такой?
— Ты первый меня об этом спрашиваешь открыто, — ответили ему спустя долгую паузу. — Поэтому я отвечу честно. Я не знаю. Спроси себя, кто ты такой. Может быть, это тебе поможет?..
И ушел неторопливо, напевая песенку. Когда Рисса вернулась, Нламинер мрачно смотрел на прибой.
— Что случилось? — спросила она встревожено. Нламинер поднялся и со злостью швырнул цепочку в океан. Подумал и отправил туда же ключ и крохотный шарик, что по-прежнему лежали в кармашке его пояса.
— Отдых отменяется, — пояснил он. — Я тут умудрился немного задолжать всем богам сразу.
— Ну что же, это успеется, — ответила Рисса, помолчав. — К тому же я помогу тебе. Буду ждать тебя в городе — многим не терпится познакомиться с тобой.
Прикоснувшись ладонью к плечу Нламинера, Рисса оставила его у моря и пошла по тропинке, по которой ходила уже несколько столетий.
Нламинер сидел, поднимая камушки и швыряя их в воду. Где-то на севере небо еще отливало зловещей чернотой, но над Розовым островом не осталось даже крохотных облачков.
Буря утихла.