в оборотных ценных бумагах и японских государственных облигациях.
– За что?
– Просто вы выиграли в лотерее, мистер Уорнер. Это только первая выплата. Вы будете получать столько же в течение всей жизни в каждую годовщину нашей с вами встречи. В случае если вы умрете меньше через двадцать лет, ваши наследники получат сумму, равную двадцати взносам. Вы меня поняли?
Уорнер мигнул и опустился на краешек стула, едва не опрокинув его.
– Боже милостивый! Чего вы от меня хотите?
Чтобы я кого-то убил?
– Если бы я хотел чьей-то смерти, я дал бы пятьдесят доллармарок любому уличному громиле, и он с удовольствием выполнил бы эту работу. – Я подошел к огромной карте северной Аризоны, юга Невады и Юты, висевшей на стене. – Еще в этом чемодане лежит сотовый телефон, очень точный секундомер, запасные батарейки к обоим приборам и полный комплект инструкций. В течение ближайшего месяца вам позвонят по этому телефону. Когда придет звонок, вы исполните эти инструкции до последней буквы.
Это вам понятно?
– Двести миллионов доллармарок! – Уорнер всхлипнул и ослабил узел галстука. – За такую сумму вы могли бы купить эту чертову электростанцию с потрохами.
– Я не хочу ее покупать, мистер Уорнер. Я хочу только арендовать ее, примерно на час, может быть, меньше. Когда вы примете звонок, запустите турбины на полную мощность. Вся энергия должна пойти в электросеть Меркурия, понятно?
Уорнер тупо уставился на карту, потом кивнул.
– Конечно, жалко устраивать затемнение в Вегасе, но что за черт? Все равно я там ни разу ничего не выиграл.

* * *

Обратный путь облегченный «Перегрин» проделал чуть-чуть быстрее. Когда мы достигли воздушного пространства над Фениксом, служба безопасности «Скорпион» направила нас на запад и чуть не отказала в разрешении приземлиться на крыше «Лорики». «Скорпион» не объяснил нам, в чем дело, но я настроил радио на местную коммерческую станцию. В эфире был Чарльз Джойетт с сообщением о крупной краже оружия, взрывчатки и военной техники из арсенала Национальной гвардии Аризоны, который находился чуть восточное штаб-квартиры "Лорики".
Я улыбнулся. Мы знали, где находится Пигмалион, кто охраняет подступы к нему и что нужно предпринять, чтобы добраться до него. Впервые с тех пор, как началась эта безумная война против Пигмалиона, я всерьез начал верить, что у нас есть хотя бы мизерная надежда его победить.

Глава 28

Я вошел в свои апартаменты на верхнем этаже башни «Лорики» и обнаружил, что меня ждет Нэтч. Но, заглянув в ее небесно-голубые глаза, понял, что моя посетительница – не она.
– Чему обязан такой чести? – спросил я, ослабляя узел галстука.
Алмазная Императрица заставила Нэтч чопорно пожать плечами.
– Я получила кое-какие сведения, позволяющие предположить, что ты скоро начнешь действовать. Я подумала, что ты облегчишь мне задачу, если попросишь Нэтч повсюду сопровождать тебя на предварительном этапе операции.
– Я думал об этом, но пришел к выводу, что это вызвало бы определенные трудности. Во-первых, у нас принято предоставлять информацию только тем, кому она необходима для работы, и то только необходимую ее часть. Честно говоря, Нэтч она совершенно ни к чему. Если я введу ее в курс дела, Вета обратит на это внимание, и Скрипичник заподозрит неладное. Во-вторых, и это не менее важно, Нэтч очень привязана к Бату. Когда она вернулась, он быстро пошел на поправку. Нэтч должна быть рядом с ним, потому что в нем я нуждаюсь не меньше, чем в ней.
– Так же, как и во мне?
Я покачал головой и опустился в квадратное кресло с белой кожаной обивкой.
– На данном этапе операции – нет. Но на том этапе, где твое участие будет необходимо, – да, и даже больше того. Без них невозможно будет добраться до места, где мы сможем уничтожить Пигмалиона и Скрипичника.
Кивок Императрицы был слишком неторопливым для Нэтч.
– Я понимаю и доверяю тебе, Койот.
– Хорошо. – Я улыбнулся ей. – Один вопрос – на случай непредвиденных осложнений.
Кроули предполагает, что Скрипичник контролирует протоизмерение, где у него есть бездействующие межпространственные врата. Он утверждает, что мы можем настроить на них врата в измерении Пигмалиона и установить между ними связь. Что тебе известно об измерении, где Скрипичник нас поджидает?
Левая рука Нэтч поиграла с бриллиантовым солитером в кулоне, который висел у нее на шее.
– Не много. Я никогда не бывала там. Это слишком далеко от моего измерения, и моя власть там сильно ослабевает. И я никогда не встречала никого, кто вернулся бы оттуда. А почему ты спрашиваешь?
Я улыбнулся:
– Поскольку нам известны координаты, и мы протащим Скрипичника в измерение Пигмалиона, я подумал, не отправить ли нам туда грузовик, начиненный взрывчаткой, чтобы уничтожить эти врата. Это дало бы нам гарантию того, что он останется там, где мы хотим. Но не знаю, сработает ли мой замысел. Вдруг тамошние физические законы воспрепятствуют его выполнению.
– Я тоже не знаю, как мне ни жаль. Это был бы на редкость интересный поворот событий. Увы! – Она коротко отсалютовала мне. – Ты очень опасен. Я тобой восхищаюсь.
– Спасибо. Будь готова прибыть туда очень быстро. – Я вкратце обрисовал ей наш план. – Мы не хотим, чтобы Скрипичник заранее узнал о твоем присутствии, поэтому ты должна подождать со своим выходом до тех пор, пока Пигмалион не погибнет.
– Я поняла. Не раньше. – Нэтч несколько раз моргнула и пошатнулась. Она подняла глаза, и я увидел в них тревогу и изумление.
– Койот?
Я кивнул:
– Ты собиралась рассказать мне о Бате. Как он?
– Я собиралась?.. – Она пожала плечами и неуверенно улыбнулась. – Бат чувствует себя хорошо. Правда, швы у него еще не рассосались, но он рвется в бой.
– Хорошо, у него есть еще четыре дня. К этому времени мы должны быть готовы. Справитесь?
– Да. – Ее улыбка стала напряженной. – Там будет сражение, да?
– Это кульминация, Нэтч, – что до меня, то я вообще перестал улыбаться, когда подумал о том, что стоит на кону. – Большое сражение. Победитель получает все.
Два дня спустя Бронислав Йонек позвонил мне, чтобы договориться о встрече с офицерами компании "Омега Рейнджер". Мы пополнили наши строевые войска и резервы, причем оказалось, что подавляющее большинство новичков способны видеть в других измерениях. Кроули заметил, что, хотя эмпатические свойства, необходимые для восприятия иной реальности, встречаются у людей редко, личности, склонные к творческой деятельности, и авантюристы, как правило, обладают такими способностями. Даже Йонек прошел проверку, так что ничто не мешало ему пилотировать свой вертолет в измерении Пигмалиона.
Встреча прошла благополучно. Тактический опыт наших наемников помог мне внести незначительные усовершенствования в общий план операции. Подписав контракты, мы решили начать ее через сорок восемь часов. За это время мы переоборудовали двух «Перегринов» «Лорики», а Йонек полностью вооружил свою птичку. Неро Лоринг погрузил на вертолет свое оборудование и позаботился, чтобы его можно было поставить как можно быстрее.
Я отправил Додду факс с паролем и копию плана нашего нападения, который, правда, умалчивал о наших воздушных силах и о дюжине броневиков "Брэдли М2", раздобытых Йонеком на его «складе» в арсенале Национальной гвардии.
Участок вокруг базы оставлял мало пространства для организации обороны против вторжения на грузовиках, о котором я сообщил Додду в отправленном документе. Ему пришлось бы сосредоточить все свои силы в определенных точках, там, где сама природа создала удобные для оборонительных позиций места, и мы могли бы без труда смять их либо при поддержке с воздуха, либо штурмом при участии рейнджеров на земле.
Я осторожно расспросил Сина о Раджани, о ее настроении и душевных силах. Я знал, что она умеет подслушивать мысли Скрипичника, но знал и то, насколько это изнурительно и даже мучительно для нее. Во многих отношениях она была моим тузом в рукаве, потому что даже Скрипичник не знал о ее искусстве. Поскольку Вета предупредила, что в какой-то момент Скрипичник непременно меня предаст, я хотел взять Раджани с нами, чтобы она по возможности заблаговременно мне сказала об этом.
Син сообщил, что Раджани держится очень хорошо и даже предвкушает нашу схватку с Пигмалионом и со Скрипичником, Я уловил стремление Сина любой ценой защитить любимую и чуть ли не ревность по отношению ко мне из-за моих расспросов, но меня это только порадовало.
Сверхчуткой Раджани понадобится надежная эмоциональная защита во враждебной среде, и Син, для которого жизнь Раджани бесценна, позаботится о ней лучше кого бы то ни было.
Казалось бы, все идет хорошо, если бы не одна деталь: Вета. Мне бы очень хотелось оставить ее в Фениксе. Ее послание невозможно было истолковать двояко – вопреки своему желанию она может предать меня, вынужденная подчиниться злобной прихоти своего господина. Я не мог этого допустить. Целью операции было уничтожить не только Пигмалиона, но и Скрипичника. Если Вета, даже не отдавая себе в этом отчета уловит, куда дует ветер, она может передать свод впечатления Скрипичнику, и тот в последнюю минуту сбежит, бросив нас на растерзание армии Пигмалиона.
Кроме того, я не хотел брать с собой Вету из-за ее внешности. Наши наемники не были бывалыми путешественниками по другим измерениям.
Их ни в коем случае нельзя было подгонять и требовать, чтобы они действовали в непривычных для себя условиях так же стремительно, как на Земле. Они неглупы и сразу поймут, что Вета – существо из другого мира, а это могло привести к сложностям, которые были нам совсем ни к чему.
С другой стороны, если не взять Вету с собой, Скрипичник немедленно заподозрит неладное., И если он будет насторожен больше обычного, нам не удастся его перехитрить. Это тревожило и меня, и других, и в результате у нас родился необычный замысел замаскировать Вету. Если закрыть ее с головы до брюшка чем-нибудь черным, она, разумеется, не станет выглядеть по-земному, но, притаившись в тени, хотя бы не будет бросаться в глаза.
Я надел инфракрасные очки, и Вета покачала головой:
– И тебя еще беспокоила моя внешность, Койот?
Получив мое приглашение, она явилась ко мне в апартаменты и положила свое брюшко на оттоманку.
Я улыбнулся. Инфракрасные очки превратили ее в черный силуэт с зелеными фарами. Хотя свет, время от времени льющийся из глаз Веты, нельзя было скрыть, темные одежды смазали ее очертания, и узнать в ней существо из другого мира было непросто. Низкоэнергетические отражатели, прилаженные к ее плечам, обозначали, что она одна из нас, и должны были защитить ее от выстрелов своих.
– Эта штука сузила поле моего зрения до семидесяти градусов, Вета, поэтому меня не столько беспокоит, как выгляжу я, сколько, как выглядите то, на что я смотрю. Ты в этой амуниции смотришься замечательно. Только держись поближе к Вату и к Нэтч, и все будет в порядке.
Я разделил ядро своей группы на три части.
Мы с Кроули составили один передовой отряд; Бат, Нэтч и Вета – другой. Я намеренно свел в одну группу агентов двух Темных Властелинов, чтобы они приглядывали друг за другом, и прикрепил к ним Вата, потому что хлещущие из него эмоции способны были ослепить любого эмпата, который находится рядом.
Раджани, Синклер, Хэл Гаррет, Мики, Неро Лоринг и Джитт составили мою операционную бригаду. Раджани, помимо контроля за Скрипичником, должна была помочь Неро Лорингу видеть в измерении Пигмалиона. Это имело решающее значение для нашего замысла, потому что Неро знал вдоль и поперек управляющее устройство для пространственных врат, которое вез с собой. Хотя он проинструктировал Кроули, Джитт и Вету, что нужно сделать, чтобы оно заработало, я хотел иметь его под рукой, на случай, если нам понадобится аварийный монтер.
Хэл и Раджани решительно возражали против участия в экспедиции Мики, но мы с Кроули настояли на том, чтобы его включить, и сумели привлечь на свою сторону Джитт и Синклера. Раджани и Хэл спорили, утверждая, что пятилетнему ребенку совсем ни к чему даже видеть насилие, не говоря уж о том, чтобы принимать в нем участие, но мы не сдавались. Если оставить Мики в стороне, доказывали мы, он всю жизнь будет жалеть, что не отомстил за гибель отца. В конце концов мы пришли к компромиссу: Мики поедет с нами, но его участие ограничится ролью защитника. Мы дали ему задание не церемониться со всяким, кто попытается причинить вред операционной бригаде, но больше никуда не лезть.
У всех нас, включая наемников, была одинаковая экипировка. Она включала в себя штурмовую винтовку, бронежилет и гранаты. Те, кто носил личное оружие, взяли с собой и его. «Вилди-вульф» занял свое место в кобуре у меня под мышкой, а «крайты» – на правом бедре и за поясом. Все мое обмундирование весило не меньше крупного годовалого младенца, но, распределенное по всему телу, не казалось таким тяжелым и не стесняло движений.
Перед тем как подняться на крышу и сесть в «Перегрин», которому мы дали кодовое название «Кестрел-1», моя группа собралась у меня на верхнем этаже. Когда мы проверили радиосвязь и испытали приборы ночного видения, я пожал руки своим соратникам.
– Каждый из нас понимает, что вряд ли всем нам посчастливится вернуться живыми. Я молю Бога, чтобы уцелели все, но, боюсь, это маловероятно. Думаю, все согласны, что остановить Пигмалиона и Скрипичника необходимо любой ценой, и все мы, если понадобится, готовы принести себя в жертву. Я хочу, чтобы вы знали: я восхищен вашим мужеством и самоотверженностью.
Ради вас я с готовностью рискну жизнью. Из меня воспитали приспешника Темного Властелина, но Койот освободил меня от рабства. В союзе с вами я обрел ощущение своего единства с человечеством. Без него меня бы не было сейчас здесь; благодаря ему я сделаю все, чтобы положить конец злу Темных Властелинов.
Я взглянул на часы и увидел, что и цифры в окошке, и стрелки показывают полночь.
– Час ведьм. Пора.
Бат рассмеялся и помахал винтовкой.
– Устроим им кровавый шабаш!

* * *

Лилит заняла место пилота, и «Кестрел-1» поднялся в воздух. Мы полетели на северо-запад, обогнули Центр и вклинились в узкое пространство между комплексами "Дигитал Экспресс" и «Билдмор». Я взглянул на цитадель «Билдмора» и увидел несколько освещенных кабинетов на верхнем этаже. Мне не составляло труда представить себе Додда, потеющего над планом, который удовлетворил бы мои требования к охране объекта во время следующей проверки в четверг на этой неделе.
"Кестрел-2" и птичка Йонека, названная «Мерлин», присоединилась к нам, подлетев с запада. Хотя место нашего назначения было в пределах одного перелета, Лилит организовала нам промежуточную посадку в одном маленьком частном аэропорту близ Кингмена, где мы могли подзаправиться горючим и сделать мелкий ремонт, если возникнет необходимость. Если бы мы торопились и не стали бы заправляться, нам понадобилось бы на дорогу два часа, но спешка ничего не решала, поэтому путь занял около трех с половиной часов.
Когда мы вылетели из Феникса, Лилит радировала рейнджерам инструкции, и они начали просачиваться на строительную площадку. Днем раньше они собрались в районе Меркурия и, воспользовавшись старыми дорогами министерства энергетики, обошли город стороной. Мы решили, что за три часа